Блог портала New Author

62. Якобинец. Глава 51. Неудавшийся "подарок" императору

Аватар пользователя Olya
Рейтинг:
4

Допрос схваченных якобинцев вёл важный молодой бонапартист д, Уарон с орденом Почетного легиона, приколотым к серому сюртуку. Немногого ему удалось добиться, арестованные держались уверенно и спокойно, хотя знали, что диктатор уже разрешил применение пыток к политическим заключённым, но в данном случае такого распоряжения явно не было.

И вот сюприз! Неподалёку, опираясь о подоконник, стояли старые знакомые Норбера, Клерваль и Кавуа, бывший регистратор трибунала и агент Общественной Безопасности, «бывшие» якобинцы, «бывшие» термидорианцы, а ныне «верные и убеждённые» бонапартисты…
О, эти всегда рядом с победителем и горе побеждённым!

Куаньяр, не присутствовавший лично при испытании «адской машины», сразу понял, что включен в список на арест не без их «дружеского» участия. Но на этот раз враги промахнулись, прямых улик против него не нашлось, потому оба выглядели особенно угрюмыми и злыми. Оба за всё время допросов не произнесли ни слова, спокойная беспристрастность чиновника не давала им шансов «закопать живьем» Куаньяра и других якобинцев.

- Какие люди, - не удержался от иронии д, Уарон, - я было уже заскучал, давно не видя вас, Шевалье, Демайи, Менесье, Куаньяр, Лапьер, Брио, Блондо..А где же Метж, Базен и Юмбар? Они тоже не могли остаться в стороне…

Изготовитель бомбы, якобинец, талантливый инженер Александр Шевалье невозмутимо утверждал, что она предназначалась для военного флота, проводилось испытание, последствия которого и были установлены следственной комиссией на пустыре за госпиталем Сальпетриер.

Гордый знаком отличия и новой должностью, д,Уарон решил изобразить снисхождение и сочувствие:
- Сколько же раз вас сажали, господа? Всё не успокоитесь? Не можете смириться с новой реальностью? У нас империя, на календаре 1804 год! Времена Конвента прошли безвозвратно, если вы не заметили! Ваш Якобинский клуб разрушен еще в 94-м, клуб Манежа закрыт в 99-м. Навсегда. На что вы все надеетесь?

До ответа снизошел Демайи:
- Пока люди живы, жива и надежда, только мёртвым надеяться не на что..

Чиновник назидательно поднял палец:
- Это верно. Мёртвым надеяться не на что. Так что берегитесь. Сейчас против вас прямых улик нет, вам всё сошло с рук, но в следующий раз… К вам только одно требование, присяга на верность императору, одна роспись и вы свободны. Право, что за непонятное упорство, его величество настоящий отец народа, он дал нам железный порядок, новый порядок!…

Лапьер спокойно пожал плечами:
- Если вам нечего нам предъявить, то мы свободны? Присяга не есть что-то обязательное для каждого, иначе миллионы людей гнили бы в тюрьмах...

- Враг нации, диктатор, корсиканский горец, укушенный желаньем славы.., - буркнул сквозь зубы Блондо и вдруг взорвался, - клянусь до самой смерти быть верным партии Робеспьера и убить Бонапарта!

Демайи насмешливо улыбнулся:
- Корсиканец должно быть отличный любовник, господин д ,Уарон, если вам и некоторым другим так понравилось прогибаться!

Молчавшие товарищи озабоченно переглядывались, как же некстати эта гневная вспышка, она ставит под угрозу их освобождение! В то время как мудрый реалист Буонарроти настаивал на формальном принятии присяги, хотя бы и с фигой в кармане, ради пользы дела они должны быть свободны…

Бонапартист был тоже потрясен, но по иной причине:
- Как! Вы восхваляете Робеспьера, этого «бича человечества» и проклинаете благодетеля нации, давшего Франции твердый порядок и мир?! Скоро мы пронесём наше победоносное знамя по всей Европе от Лондона до Москвы и Петербурга! Принесем наши ценности и свободу другим народам!

Неосторожно… Не надо было ему этого говорить…

Рывком Блондо перегнулся к нему через стол и бешено зарычал:
- Проживи Робеспьер хотя бы на три-четыре месяца дольше, если бы перед Термидором мы утвердили конституцию 93 года, то сейчас имели бы настоящую свободу и подлинный мир!

Д, Уарон в «верноподданническом» ужасе отшатнулся. Больше того, он искренне счёл Блондо сумасшедшим, «безумца» он приказал поместить в тюремный госпиталь!

Менесье и Демайи подумав, тоже решили срочно «сойти с ума», их также было решено поместить в закрытую клинику доктора Дюбюиссона, где находилось немало политических противников Бонапарта, таким образом, они отвели от себя угрозу суда и расправы.

Остальные якобинцы, насмешливо улыбаясь, поставили подписи под текстом присяги, сделав поправку на мысленную фигу в кармане, и за недостатком улик были отпущены, в их числе Куаньяр и Лапьер.

Норбер выходил из кабинета последним, но следом за ним вышел Клерваль, он шел рядом и шипел сквозь зубы:
- Ты знаешь, сидел бы я в этом кресле на месте молокососа д, Уарона, я бы сумел доказать твою вину, я бы заставил тебя не только говорить, но и кричать!

Норбер смерил его насмешливым взглядом:
- Поздравляю! Тебя назначили придворным палачом корсиканского конкистадора? Могу представить, как ты горд такой честью!

- Запомни, якобинская мразь! Твоё освобождение доказывает не твою невиновность, а нашу недоработку и это мы вскоре намерены исправить!

Кавуа медленно подошел к товарищу:
- Ты еще вернешься в эти стены, любезный, и тогда поймешь, что сейчас с вами обошлись буквально по-христиански..


На бледной физиономии Клерваля расплылась дьявольская усмешка:
- «Я знаю теперь, как сломать тебя, ублюдок. Твои революционные принципы не мешают тебе мять шёлковые простыни в особняке герцогини д Аркур. Знаю..ты не станешь, фанатик, нарушать свои драгоценные принципы ради банальной связи..значит всё серьезно. Нам достаточно арестовать твою герцогиню, и от души побеседовать с ней в этих гостеприимных стенах. Я выследил тебя и знаю о твоей связи с племянницей де Бресси, пока держу при себе эту ценную идею, но скоро поделюсь ею с д Уароном…», - мстительная радость исказила бледную физиономию Клерваля, - уверяю тебя, ей здесь очень не понравится..я всё для этого сделаю.. Ты веришь мне?

Тёмные глаза Куаньяра вдруг странно заискрились, смуглое лицо побледнело, резко обозначились скулы, когда он обернулся к Клервалю, а тот не мог унять злобного торжества:
- Не радуйся освобождению, Куаньяр, это ненадолго.. А может тебе интересно будет узнать, как умер твой дружок Дюбуа?

Норбер вздрогнул:
- Прошло 10 лет…Что тебе известно об этом?

- «Всё…Он был задержан в ночь с 9 на 10 термидора, не без содействия вашего покорного слуги, он имел неосторожность сунуться в зал Комитета. Как же он мог не увидеть вашего любимца в его последние часы, - бледные губы дёрнулись в злой усмешке, - 11-го «чихнул в мешок» Сансона. Жаль, тебя там не оказалось, зарыли бы в одной яме..
Единственный из группы осужденных потребовал, чтобы его уложили на доску не так, как других.. а на спину..так, чтобы падающий топор оказался прямо перед глазами.. рисовался до последней секунды, изображая абсолютное презрение к смерти…и к нам…Бешеные фанатики,…в общей яме вам и место!

Норбер некоторое время молчал, наконец, с побелевших губ сорвалось:
- Когда-то, чтобы продемонстрировать свою власть и моё бессилие, ты силой заставил меня снять шляпу, а я обещал снять с тебя голову…Запомни это и жди…я приду!
- Что несёт этот бешеный?, - этого замечания не понял Кавуа.

Клерваль ничего не ответил, он всё понял, он вспомнил те дни в тюрьме, вскоре после 9 Термидора, невольно отшатнулся, сделав нервное движение, замер.

Лапьер, со стороны наблюдавший за разговором, и не слышавший ни слова, иронически улыбаясь, заметил:
- Как же сильно любят тебя эти двое! Просто африканская страсть до неприличия!
- Это старая любовь, - Норбер небрежно повёл плечами.

Они угрюмо шагали по тёмному коридору тюрьмы, окруженные конвоем. Норбер уже собрался возмутиться грубым обращением, когда под гулкими сводами раздался чудовищный крик боли, затем ещё и ещё, переходя в жуткий рыдающий стон.

Якобинцы невольно остановились. Лапьер и Куаньяр обменялись взглядами, полными нескрываемого ужаса. Конвоиры грубо толкнули их прикладами в спины, прикрикнув:
- Не задерживаемся, на выход!

- Значит всё же это не слухи, верные рабы Бонапарта пытают патриотов, - услышал Норбер свистящий шёпот Лорана, вздрогнул, но промолчал.

-Доквакались наши гуманисты, гильотина для них «слишком жестоко», зато пытки в застенках во имя самодержавного диктатора в самый раз! Курят фимиам своему идолу, подставляют задницы за очередной орден или титул, они изыщут обоснование любой жестокости, если она направлена против республиканцев! Если они считают, что в стране мир и гражданская война давно закончена, отчего же нас режут на фоне «мирного времени»? Нас убивают то из «государственной необходимости», то ради «защиты существующего строя»! Мы казнили роялистов во время интервенции и гражданской войны, но тогда они нас проклинали и обвиняли в варварстве, а этот корсиканский конкистадор для них «герой и гений»!», - не унимаясь, с растущим возмущением и страстью шипел Блондо, - кстати, наши генералы Мале и Моро едва ли менее талантливы..
.
- Помолчи, не ровен час одумаются и вернут нас всех обратно
.
- А мне можно, - хитро улыбнулся Блондо, - я сумасшедший, в отличие от вас, меня и так ждет уютная комната в клинике Дюбюиссона..Это не тюремная камера, даже кормят неплохо и можно гулять во дворе…

Двое агентов отправились с Куаньяром в его квартиру на улице Сен-Жак. Но он был совершенно спокоен, все бумаги он перенес в подпольную типографию Метжа. И как же вовремя!

В гостиной оба на минуту замерли, разглядывая характерные достопримечательности в виде портретов Робеспьера и Сен-Жюста. Оба были очень молоды, принадлежали к тому поколению, что в 1793-94 году еще были подростками. Обмениваются впечатлениями.

- Взгляни-ка, прямо символ веры! Да за одно их хранение, любезный, можно брать сразу!»

- Не отвлекайтесь, господа!, - вежливо отозвался Норбер в тоне легкой насмешки.

В спальне их взгляды остановились на портрете Луизы. Портрет 1789 года. Ей на нём не больше девятнадцати-двадцати лет. С розой в руке, одетая в сиреневое бархатное платье, длинные волосы струились по плечам, как золотистый шёлк..выразительные синие глаза, алые губы.. высокая грудь..

- Сразу видно.. не простолюдинка.. и даже не буржуазка.. Прямо куколка из старого Версаля и Трианона… И до чего хороша.. взгляни, Антуан..

- Откуда этот портрет, якобинец? А, ты же у нас герой 10 августа…Из Тюильри? Конфисковал именем народа?

Норбер побледнел от гнева и унижения, обвиняют в мародёрстве..но сдержался.
- Нет, господа, он достался мне законным путём.

Молодой агент насмешливо присвистнул:
- Дама.. аристократка сама подарила его санкюлоту? Мало верится…

- А что, Пьер, обратил внимание, висит в спальне.. не с теми.. в гостиной.. без сомнения, он влюблён в эту красотку из «бывших»! Ай-ай.. прилично ли это для правоверного республиканца, а как же быть с вашей непримиримой ненавистью к аристократам?!

Норбер слушал их, молча, и с виду равнодушно, скрестив на груди руки и отвернувшись к окну.
- «Ясно, отчего он висит отдельно, портрет не должен висеть рядом с иконами!»
Видимо всеми этими насмешками они компенсировали служебную неудачу, ничего в его квартире они не нашли…

Рейтинг:
4
Glimpse в ср, 18/12/2019 - 13:11
Аватар пользователя Glimpse

Лайк + Цветок

__________________________________

В порядке не очередности

Olya в ср, 18/12/2019 - 17:15
Аватар пользователя Olya

Smile Цветок Спасибо!

__________________________________

О.Виноградова

Irina K. в чт, 19/12/2019 - 23:44
Аватар пользователя Irina K.

Хорошая глава Цветок +

__________________________________

Dixi

Olya в пт, 20/12/2019 - 12:29
Аватар пользователя Olya

Спасибо Сердце Цветок

__________________________________

О.Виноградова

Арабеска в ср, 18/03/2020 - 00:28
Аватар пользователя Арабеска

Отличная глава! Очень понравилась. И я рада, что Норбер не пострадал.

__________________________________

Арабеска

Olya в ср, 18/03/2020 - 12:35
Аватар пользователя Olya

СПАСИБО, СВЕТА!!! Сердце Цветок

__________________________________

О.Виноградова

Gamayun в сб, 11/07/2020 - 14:47
Аватар пользователя Gamayun

Клерваль - прямо злой гений Норбера. Сколько раз он его подставял. За что он его так ненавидел?
Решил бы или порешил бы с ним раз и навсегда.+

__________________________________

gamayun

Olya в сб, 11/07/2020 - 20:46
Аватар пользователя Olya

Клерваль - прямо злой гений Норбера. Сколько раз он его подставял. За что он его так ненавидел?

Злой гений это да... Клерваль давно ненавидел Куаньяра. Норбер едва не отправил его под суд за историю с изнасилованием заключенных женщин-аристократок, помешал этому только переворот, когда после убийства Робеспьера Норбер сам оказался в тюрьме...

Решил бы или порешил бы с ним раз и навсегда

Это еще впереди)
Цветок Цветок

__________________________________

О.Виноградова