Эк разбирает любопытство

Вон Карл Шееле, шведский химик XVIII века, открыл множество всяких веществ и каждое с удовольствием нюхал, а случалось и на вкус пробовал.

На сорок пятом году жизни проделал то же самое с только что открытой им синильной кислотой. Даже успел записать, что запах ее напоминает горький миндаль, и все – утром его нашли мертвым.

Вот и английский врач Уильям Старк испробовал на себе двадцать четыре диеты. И что?

Окончательно его доконала диета из чеширского сыра, и в двадцать девять лет пытливого исследователя не стало.

К чему это я?

Вспомнилось вдруг, как на Кавказе увидел я в скале на другой стороне ущелья, в котором мы стали на дневку, внушительного вида пещеру. Не знаю почему, но так взыграло во мне любопытство, что прямо спасу нет.

Спросил у инструктора, что за прореха там зияет?

Он лишь плечами пожал, прибавив:

- Пробовали туда забраться - без спец снаряжения никак.

Вроде бы все понятно, да вот любопытство от этого разгорелось только сильнее. Как магнитом черное пятно на скале взгляд притягивало.

В конце концов не выдержал я, отошел незамеченным от палаток и прямиком к предмету своего неожиданного интереса.

К слову до него и было всего-то метров триста. Но это если по прямой, да на глазок, а на деле вначале пришлось пересечь буковую рощицу и по камням попрыгать, чтобы не промочив ноги, перескочить через речушку на дне ущелья. Ну, это так, прогулка.

Последние метров двадцать – другое дело. Свернуть себе шею здесь было легче легкого - скала и почти отвесная, а страховки никакой.

Но чтобы не солоно хлебавши уйти и в помыслах не было. Что я зря скалолазанием занимался?! И те навыки тут пригодились по полной.

Что сказать? Добрался-таки до той пещеры. Только вот ровным счетом ничего интересного в ней не оказалось, да и протяженностью она не отличалась. Скорее ниша в скале - метров пять всего глубиной.

Обошел ее, полюбовался с высоты видом ущелья и вниз.

Спуск - отдельная песня. Как не сорвался, до сих пор загадка. Но семь потов сошло, это точно, прежде чем со скалы слез, а оттуда уж до лагеря было, считай, рукой подать.

И на все про все ушло у меня без малого часа три.

Только вот никакой жалости, что потратил немерено сил и времени без толку, да еще и с риском для здоровья, я не испытывал.

Крепко же, видно сидит в человеке предпочтение умереть от яда, диеты или камней, словом, от чего угодно, лишь бы не от любопытства.