Пушкина жалко!

Матвей горько плакал на детской площадке во дворе. Соседская старушка Марина Авдеевна не смогла остаться в стороне, увидев льющего слёзы мальчишку.

- Господи, Матвеюшка, что случилось?

- Пушкин… - только и вымолвил он и продолжил реветь.

Женщина почесала в затылке и пожала плечами. Что бы это могло значить?

- А при чём тут он? - спросила Марина Авдеевна.

- Пушкина жалко! - Матвейка закрыл лицо ладонями и уселся на скамейку.

Игравшие неподалёку дети побросали свои дела и кинулись к Матвею.

- А чего тебе его жалко-то? - удивилась рыжеволосая Настька, шмыгнув носом.

- Нету больше Пушкина!

Все переглянулись. Белобрысый Димка с прыщом на носу постучал себе по голове, показывая, что их товарищ явно не в себе. Подошла другая соседка, тётя Клава, являвшаяся подругой мамы Матвейки.

- Ой, Матвей! А чего стряслось-то?

- Пушкина жалко!

- Как это?.. - опешила тётя Клава.

- Да вот так! Жалко и всё тут!

Прохожие с интересом наблюдали эту сцену и перешёптывались. Многие не понимали отчего Матвею так грустно. Никому не удавалось успокоить его.

На площадке возник старик в чёрном пальто, сером берете и в очках. Он взволнованно оглядел всех и в его глазах прочитался немой вопрос: «А что здесь творится?».

- Да вот, Павел Семёныч, - указала на страдальца Марина Авдеевна, - Пушкина ему жалко!

Старик изумлённо поглядел на мальчонку и зачем-то протёр очки платочком.

- Так ведь Пушкин умер давно! - сказал он. - Теперь он только в нашей памяти жить будет!

На несколько мгновений Матвейка умолк, а потом, упав на скамейку, зарыдал пуще прежнего. Марина Авдеевна поторопилась отвесить старичку подзатыльник.

- Могли бы и соврать, Пал Семёныч! - она покачала головой. - Совесть-то у вас есть?

Тот сразу почувствовал свою вину и покраснел.

К мальчику подошёл незнакомый мужчина с большой сумкой на плече. Он достал из неё какую-то белую книжку и протянул ребёнку.

- Держи, дружочек! Тебе, я гляжу, важнее!

Вытерев слёзы, Матвей взял подарок и внимательно осмотрел его. На книге было написано: «Сборник произведений Пушкина А. С.». Он, ничего не понимая, пролистал книжонку, и отложив её, снова принялся реветь.

- Да что не так-то? - недоумевал мужчина. - Вот же он - Пушкин Александр Сергеевич!

- Да не нужен мне ваш Александр Сергеевич! - сквозь слёзы проговорил мальчишка. - Мне Пушкина надо!

Все опять удивились. Матвейку срочно надо было успокаивать. У него началась самая настоящая истерика.

- Ну, тише, тише! - прижала его к себе тётя Клава. - Скоро мама с работы придёт и всё будет хорошо.

- Нет, не будет! Пушкина мне надо, а у неё нет!

Как раз в это время во двор вошла Алиса Даниловна, мама Матвея. Завидев своего ребёнка в слезах, женщина тут же бросилась к нему.

- Ой, что тут случилось? Почему он плачет?

- Пушкина ему жалко! - пояснила Клавдия.

Мать ошалело посмотрела сначала на сына, а потом и на всех остальных. Мужик, давший Матвейке книгу, рассказал обо всём.

- Ты так из-за Пушкина убиваешься? Да ты что, сынок, с ума сошёл?

- Но мне его жалко! Он ведь пропал!

Вдруг послышалось тявканье. Матвейка прислушался и побежал на звук. Раздвинув кусты, находившиеся у горки, он обнаружил там маленького чёрного щенка с белым пятном на глазу. Подхватив его на руки, он радостно прокричал:

- Ура! Пушкин нашёлся!

Окружающие сначала с непониманием лицезрели эту картину, а потом расхохотались.

- Так вот кто этот Пушкин! - смеясь, сказала Марина Авдеевна. - Я то уж подумала!..

- Ну, умора! - Павел Семёнович тоже не удержался и прыснул. - А мы с вами на Александра Сергеича подумали!

Оказывается Матвейка после того, как сделал домашнее задание, отправился гулять и нашёл во дворе щеночка, которого решил назвать Пушкиным. Потом мальчик отлучился попить воды, но нового друга нигде не было видно. Он его искал долго и так и не нашёл, вот и разревелся.

- Мам, можно Пушкин с нами жить будет? - прижимая к себе пушистика, спросил Матвей.

- Конечно, можно! - улыбнулась Алиса Даниловна.

И с того момента щенок больше не терялся. Да и все во дворе теперь знали, что если Матвейка Пушкина искать будет, то это вовсе не Александр Сергеевич!