Блог портала New Author

01. Расплавленный ад

Аватар пользователя Yuriy
Рейтинг:
1

Мертвые не наследуют ничего. Ибо как мертвые могут наследовать.
Предыстория глубоководной субмарины с ядерной установкой, или Как СССР планировали утопить США

1. Обет молчания
Курсант Высшего военно-морского училища, отчисленный с первого курса за неуспеваемость, был направлен на Северный флот для дальнейшего прохождения службы. По прибытии приказом начальника части ему присвоили звание старшего матроса и назначили командиром отделения из пяти человек. Следующим приказом отправили отделение на остров в 170 милях от берега – охранять списанную атомную подводную лодку. Пилот вертолета, загруженного до предела, заслушав доклад командира отделения, приказал: «Старший матрос – направо. Шагом марш в вертолет. Остальные – налево. Шагом марш в часть».
Час тряски в холодном грузовом отсеке, забитом ящиками. В иллюминаторе по левому борту – серая мгла, ледовые поля с полосами черной морской воды. Сплошная тоска, полное отсутствие морской романтики. Вертолет совершил круг над островом, выбирая место для посадки, и приземлился недалеко от бревенчатого дома. Пилот выгружал ящики, штурман и старший матрос переносили их в дом. На прощание штурман дал указания: «На острове медведи, будь осторожен, без оружия ни шагу. В сейфе – автомат и патроны, зря не стреляй, здесь шума не любят. В подвале – тюленье мясо, на месяц хватит, там вечная мерзлота. На стене – инструкции, внимательно прочитай. Дрова не заготавливай – и так вдоволь. Часы – на стене, заводи каждые два дня. На шестой день придет ледокол, заберет тебя и подлодку. Дверь держи закрытой на засов — говорят, по острову привидение бродит». И, отведя глаза, виновато добавил: «Экипаж забрал рацию, остаешься без связи». Отдал честь, в дверях помахал рукой и, не оглядываясь, побежал к вертолету.
Оставшись один, старший матрос первым делом достал из незакрытого сейфа автомат Калашникова АК с откидным прикладом. С оружием в руках осмотрелся в доме. Скудная обстановка напоминала таежную тюрьму. Два ряда двухъярусных нар, крепко сбитых из неструганных досок, – на восьмерых постояльцев. Грубо сколоченные табуретки у деревянного стола. Печка, которую смастерили из металлической бочки с титановой трубой, вырезанной из второго контура реактора. На вешалке – теплая зимняя одежда, на полу – подшитые валенки и короткие широкие лыжи, бинокль. Пожарный щит. На стене в рамках – три инструкции. Первая – по противопожарной безопасности. Вторая начиналась словами: «На острове белые медведи охотятся парами: если один у вас перед глазами, то второй – за спиной». Про белых медведей упоминалось раз двадцать, словно они сбежались сюда со всего Заполярья. В третьей рамке приказ обязывал всех командированных на остров заготавливать по 0,25 кубометра дров. Над инструкциями, на небольшой полке, трогательно обрамленная корешками двух уставов – по строевой подготовке и караульной службы, – стояла «Книга о вкусной и здоровой пище». В этих безлюдных, суровых краях она была весточкой из другого мира, иконой, дающей надежду: все будет хорошо.
Рука старшего матроса сама потянулась к поварской книге. От страниц повеяло воспоминаниями о прежней жизни: Ленинграде, Невском проспекте, любимом всеми курсантами ресторанчике в полуподвальном помещении. Любовь к данному питейному заведению объяснялась тем, что здесь будущие офицеры были, считай, вне поля зрения военного патруля. Увидеть выпивающую там публику можно было или через окна, что располагались ниже поребриков (питерское название тротуарных бордюров), или спустившись по ступеням в зал. Заглядывать в окна цокольного этажа, согнувшись в три погибели и тем удивляя прохожих, начальнику военного патруля не позволяла офицерская гордость, а заходить в ресторан, ничего не заказывая, было не принято. Потому курсанты под традиционный тост «За тех, кто в море, на вахте и гауптвахте!» могли в относительной безопасности и без дисциплинарных последствий выпить свои сто грамм.
«Все, хватит воспоминаний!» — одернул себя старший матрос. Впереди новая жизнь – три года службы на Северном флоте, а сейчас нужно обустраиваться на новом месте. Одиночество, при всех своих недостатках, имеет важное преимущество: ты ни от кого не зависишь, сам принимаешь решения. Можно трусливо, опасаясь медведей, отсидеться в доме в ожидании ледокола. Или, подгоняемый любопытством и полагаясь на АК, осмотреть остров и приступить к исполнению приказа. Согласно четвертому пункту инструкции, посмотрел в окно – медведей не видно. Снял с вешалки бинокль. Резко открыл дверь — один из способов напугать медведей. Обошел вокруг дома. Северная и западная его стены были обложены в три ряда, под самую крышу, колотыми дровами. Поднялся на пригорок, осмотрелся. Весь остров был покрыт снегом. Он засыпал впадины, и на белом фоне было трудно определить, где заканчивается берег и начинается море. Колоритный в другие времена года пейзаж – с живописными холмами, торосами льда – теперь выглядел уныло. Привлекала внимание только черная боевая рубка, которая возвышалась в бухте над засыпанным снегом корпусом подлодки. Рубку венчала большая снежная шапка. Длинная гряда холмов с пологими склонами опоясывала бухту со всех сторон. Только на севере оставался проход к морю, забитый паковым льдом. Склоны холма с двух сторон круто обрывались к проходу, словно море гигантской волной протаранило себе путь и соединилось с бухтой. Удивило отсутствие птиц. Белых медведей, которые по инструкции должны здесь бродить парами, тоже не наблюдалось.
Знакомство с островом состоялось. Вернувшись в дом, старший матрос занялся приготовлением обеда. Спустился в подвал, нарубил топором льда, сложил его в кастрюлю, прихватил два куска мяса. Поднявшись, растопил печь. Оказалось, что мясо промерзло до каменного состояния, и он вынес его на крыльцо. Закрыл дверь на засов, поставил кастрюлю на огонь, достал сухой паек, прочитал инструкцию. И тут постучали в дверь. Увлеченный приготовлением обеда, матрос совершенно забыл, где находится, и вопреки наставлениям штурмана оставил автомат на столе. И открыл дверь.
В двух шагах стоял древний дед. Темная обвисшая кожа его лица шелушилась, черные высохшие губы не прикрывали беззубый рот. Глубоко посаженные тусклые глаза, тонкие скрюченные пальцы… Будто ожившая мумия из Египетского зала Эрмитажа забрела в гости! Только одета в немецкую военно-морскую форму без знаков отличия. За призраком, вытянув морду в сторону мяса, стоял большой белый медведь. Эти странные гости вроде и представляли опасность, но не проявляли агрессии. Они словно пришли в свой дом, по своим делам. Старший матрос, который временно здесь поселился, их не интересовал. Дед молча, по-хозяйски вошел в дом, переставил табуретку, заглянул в кастрюлю и устроился около печи. Старший матрос посмотрел на медведя и закрыл дверь на засов. Спустился в подвал, отрубил несколько кусков мяса, поднялся наверх, положил их в кастрюлю. Дед дремал, закрыв глаза.
Появление его было совершенно неожиданным и необъяснимым. Откуда взялось это – иначе не скажешь – привидение? На сотни километров вокруг – безжизненная, суровая зимняя пустошь, без жилья и еды. В представлении старшего матроса случайно выживший должен быть обмороженным, голодным, заросшим, в грязной и рваной одежде, с обреченностью в глазах. И на коленях вымаливать тепло и еду. Дед же – относительно ухожен, выбрит, подстрижен, его физическое состояние говорило о гарантированном трехразовом питании. На «привидении» чистая, неизношенная зимняя одежда и отличные меховые унты. Форма-то немецкая, но поведение и манера держаться выдавали в нем советского военного пенсионера высокого звания. Медведь, как успел заметить старший матрос, тоже не страдал от голода. Какие жизненные обстоятельства вынудили старого человека прятаться от людей, а может, от властей на краю света?
Старший матрос все больше понимал сложность ситуации. Фактом прихода дед посвятил его в какую-то свою тайну. Что же еще будет? Парень посмотрел на автомат. Дед, словно читая его мысли, отрицательно покачал головой, не открывая глаз. Матрос, несмотря молодость и физическое превосходство, чувствовал свое бессилие перед ним. С другой стороны, если хорошо подумать, никакой опасности нет. Дед все правильно рассчитал. Кто поверит рассказу старшего матроса о привидении в немецкой форме да еще с белым медведем? Подумают, натерпелся карась в одиночестве страху на острове и несет невесть что. Такое на северах не в диковинку, и с бывалыми случается. А может, и того хуже – от службы хочет так закосить. Чертов дед, загнал в угол: с какой стороны ни глянь, придется молчать. Старик в дремоте продолжал улыбаться и в знак согласия кивал головой. Старший матрос тихо рассмеялся: настоящее привидение, читает мысли, с ним и страшно, и безопасно.
С этого момента мир был заключен, они без слов поняли друг друга. Через час дед поднялся, взял паек и, не читая инструкции, отправил в кастрюлю. Через 15 минут суп был готов. Матрос поставил полные тарелки на стол, нарезал хлеб. Дед достал вставные челюсти, искусно вырезанные из бивня моржа, и принялся за еду.
Четыре дня, как по расписанию, дед с медведем приходили на обед, пропуская ужин и завтрак. Ели в полном молчании. На пятый день, не прикоснувшись к еде, дед произнес: «Мишка часто поднимает голову, смотрит в сторону моря. Завтра придет ледокол». Он говорил медленно, с перерывами, словно вспоминая слова или решая, рассказывать то, что знает, или нет. «Тебя заберут, на острове долго никого не будет. Я единственный, кто остался... но и мой срок подходит. Мишка, чувствует… сегодня-завтра, оставит меня». И вдруг разволновался: «Не могу молчать!» С мольбой в голосе сказал: «Выслушай меня. Ты должен, обязан выслушать. Про то, что услышишь, пока молчи. Когда в стране пройдут перемены, тебе будет знак, тогда безбоязненно все можешь рассказать. Согласен?» Сгорая от желания все узнать, старший матрос кивнул головой: «Добро». Дед выпрямился и начал свой рассказ.
…Матрос честно хранил важную тайну. Терпеливо, десятилетиями, ожидая событие, которое, по его мнению, будет знаком, разрешающим говорить. С развалом великой страны многое было предано гласности. Только сведения, которыми он располагал, нигде не публиковались. На них не было даже намека. Выйдя на пенсию, за житейскими заботами стал забывать давнюю встречу на острове. Но трагедия с глубоководным аппаратом в Баренцевом море напомнила об обещании деду-привидению. Пришла пора поделиться его тайной. Наверняка в ней есть ответы на вопросы о цели создания СА-12, глубоководного аппарата с ядерной установкой, и о том, какую ошибку бывшей великой державы должен исправить экипаж СА-12 и какую ошибку новой страны совершить вновь.

Рейтинг:
1
Cucumber в сб, 15/05/2021 - 14:33
Аватар пользователя Cucumber

Интересно +++

СИРена в сб, 15/05/2021 - 15:10
Аватар пользователя СИРена

Продолжение следует?
Если да, то прочтите Правила оформления заголовков:
https://www.newauthor.ru/rules
или тут:
http://www.newauthor.ru/forum/kak-pravilno-pisat-zagolovok
и проставьте номер части.
Приветствуем нового автора на нашем сайте!
И поставьте аватарку, пожалуйста.

__________________________________

Если в вашей жизни что-то не клеится, бросьте уже клеить и переходите на гвозди: забейте на всё и таки счастливо живите!