Блог портала New Author

30. Рождение чудовища. Глава 30. Кто из двоих безумцев более безумен?

Аватар пользователя Черепаха дипломат
Рейтинг:
1

- И ты рассказываешь об этом только сейчас?! – взвился Иму. – Ты должна была сделать это сразу! Сразу же, как тебя отпустили. Ты хоть понимаешь, - он задохнулся от возмущения, только руками всплеснул – слова, видимо, растерял.

- Я ведь не могла уйти из дома поздним вечером, - тихо проговорила девушка. – Это подозрительно! Я пришла сразу, как смогла.

Стиснула зубы, стараясь не заскрежетать ими. В душе закипало негодование. Она изо всех сил пытается не вызвать подозрений! Все ради того, чтобы остаться в доме Изубы. Чтобы иметь возможность освободить Амади. А Иму требует, чтобы она и не привлекала к себе лишнего внимания, и в то же время приносила ему сведения, не считаясь ни со временем, ни с обстоятельствами.

- Под дождиком промокнуть испугалась, - ядовито процедил колдун.

- Я-то могла бы и промокнуть, - стоило труда сохранить голос ровным. – Да только подозрительно это – флейтистка, мокнущая под дождем! Можно и вылететь из дома. И тогда – кто знает, когда удастся вызволить мастера Амади. Но тебе ведь это безразлично, мастер Иму?

- Ты мне не дерзи, - проговорил он зловеще. И смолк. – Как ты не понимаешь – такое дело, а я только сейчас узнаю обо всем! О чем вот Чима Изубе наболтал?!

- Мне он не рассказывает, - Накато нахмурилась.

- А надо бы, чтобы рассказал.

- Мастер Иму. Я тебе рассказываю, что наверху, в покоях колдуна Эну, есть комната, в которой все полки заставлены какими-то колдовскими предметами из стекла или хрусталя. Это ведь камень колдунов – я знаю! А ты о Чиме. Что за важность – о чем говорил обо Изуба с сумасшедшим карликом? Хочешь – сам с ним поговори! Ты – дух, и он – дух бесплотный.

- Насмехаешься? – Иму окончательно помрачнел. – А хотя, - кажется, ему пришла какая-то очередная идея. – Ты ведь можешь позвать его! Чиму.

- Позвать? Снова?! – возмутилась девушка.

- А ты, вертихвостка, думала – тебе только на перине спать и сласти лопать?! – вспылил он снова. – Не для того тебя из грязи вытащили! Забыла уже, кем была?!

- Мастер Амади никогда не припоминал мне, кем я была…

- Как ты намерена найти Амади в хранилище Эну?! Даже если там и правда есть предмет, в который его запечатали, - он в бешенстве на нее уставился.

- А ты придумай, как узнать, мастер Иму, - вкрадчиво проговорила она. – Ты ведь – чародей! Ты умный, меня учил. Придумай. Ты ведь заставляешь меня придумывать, как бы улизнуть из дома, чтобы поговорить с тобою? Мастер Амади не заставлял меня ломать голову и рисковать. У него всегда был план, он всегда сам говорил мне, что делать.

- Заткнись! – рявкнул Иму. – Клянусь сотами предвечных галиктов, ты выводишь меня из терпения, - он яростно засопел. – Слушай меня внимательно. Ты позовешь Чиму. У тебя в комнате есть зеркало, есть благовония. Если заметят – скажешь, что случайно пролила. Позовешь Чиму и скажешь, что с ним хотят поговорить… запомни слова – передашь их ему точно! – он произнес несколько слов на неизвестном языке.

Девушка нахмурилась. Затея ей не нравилась. В доме чародейная защита – ее зов могут услышать. Чима не ждет зова! Рискованно. Что это взбрело в голову Иму?

- И еще, - прибавил он резко. – Получишь снадобье. Явится к тебе ночью мой посыльный – ты его уже видела. Скажет, где взять. Подольешь в пищу своему Изубе. И расспросишь, о чем он говорил с Чимой. После расскажешь мне. Сначала – выяснишь и расскажешь. А уж потом – передашь Чиме, что я хочу с ним поговорить. И назовешь слова, которыми он сможет меня дозваться, - колдун нахмурился.

- Да ты в уме ли, мастер Иму?! – возопила Накато. – Ты понимаешь, что и сам ничего не узнаешь, и моя голова пропадет?! Это ведь не просто я вылечу после такого на улицу…

- А я думаю, можно рискнуть, - хрипло каркнул он. – И не перечь мне! Ты – девица хитрая, изворотливая. Придумаешь что-нибудь. И выведаешь, что я сказал. И вывернуться сумеешь. А не сумеешь – так тебе же от этого хуже и будет. Уж ради своей-то шкуры ты найдешь способ все провернуть так, как надо!

Накато уставилась в упор на него. Да помилуют ее боги и духи! Не иначе – Иму решился ума. Он сейчас куда как более походил на сумасшедшего, нежели Чима.

- Нечего так на меня глядеть! – рыкнул на нее колдун. – Больно осмелела…

- Как скажешь, мастер, - она опустила глаза.

- И не вздумай мне взбрыкивать! – снова взвился он. – Ишь, опустила свои глазенки бесстыжие. Думаешь, я не понимаю – ты уже что-то там себе замыслила?! Меня ты своими ужимками не обманешь! – он еще что-то орал.

Определенно, мастер Иму сделался до крайности вспыльчивым духом. При жизни он себе такой распущенности не позволял. При жизни он разве что изредка сетовал да ныл. То ли при Амади не позволял себе распускаться, то ли собственная безвременная кончина скверно на него повлияла.

Ну, да пусть его разоряется. Она, Накато, уже решила, как станет действовать. Раз сказал Иму – «придумай сама, что делать» - она и придумает.

Она, конечно, не мастер Амади – составлять грандиозные планы. Но раз уж ей не дали хорошего плана действий – придется придумывать такой план самой. Уж точно она не станет делать то, что ей сказал Иму. Разве что… и правда позвать Чиму? Определенно, стоит над этим подумать.


*** ***


Звать карлика и вести с ним беседы – рискованно, - рассудила Накато.

А вот зелье, которое поможет расспросить Изубу, будет кстати. Ей и Иму сказал – сперва зелье, потом – Чима. Так и поступит. Только расспрашивать Изубу станет не о карлике – об их беседах можно будет спросить самого Чиму. Она спросит об Амади.

Хорошо бы вовсе плюнуть и на Иму – тот, получив кристалл, не может теперь проскользнуть во владения Изубы. И на Амади – тот сейчас бессилен и не в силах до нее дотянуться.

Да вот одна беда: у Изубы и сытно, и хорошо. Только чиновник тоже решил использовать ее, Накато, в своих интригах и играх. А это становится опасным. Сейчас – Чима, а что он дальше придумает? Когда ее хозяином был Амади, ей жилось спокойнее. Тот, по крайней мере, беспокоился о том, чтобы она оставалась жива и невредима. Амади никогда не позволил бы ей предпринять что-то рискованное, что выдало бы – кто она есть на самом деле.

И если уж рисковать – то ради Амади. Из всех ее хозяев он – самый здравомыслящий. И самый надежный. Только с ним она и ощущала себя в безопасности – что бы ни происходило.

Где искать в саду склянку с зельем – ей подсказал тот же самый дух, посыльный Иму. Это случилось спустя половину декады после памятной беседы. Не иначе – Иму пришлось извернуться, чтобы достать снадобье и переправить его за городскую стену, в сады правителя. Забрать склянку из тайника во время одинокой прогулки, спрятать в одежде и уложить у себя в комнате в шкатулку с благовониями не составило труда. По виду сосуд ничем не отличался от тех, в которых хранились ее благовония. Никто и разницы не заметит – тем более, что в вещах ее никто не шарил.

Прятать зелье в тайник Накато не захотела – слишком уж много всего там окажется. Не хотелось, чтобы кто-нибудь обнаружил все разом.

Оставалось решить, как лучше подлить зелье Изубе. Просто так эдакий фокус не провернешь: наверняка чиновник поймет, что ему что-то подливали. И непременно найдет и накажет виновных! Точнее – одну виновную. Ее.

Хочешь, не хочешь – а придется еще раз поговорить с Иму. Расспросить о том, как действует зелье. Ох, и не нравилась ей идея – снова встречаться с ним!


*** ***


- Да забудет твой чиновник все, о чем ты его станешь спрашивать, а он – отвечать под действием зелья! – отмахнулся Иму небрежно. – Ишь, осторожная какая стала, - прибавил он неодобрительно. – Ничего и не вспомнит! И не поймет, что был какое-то время во власти напитка истины. А развеется это состояние крайне быстро.

- Приходится соблюдать осторожность, - возразила Накато. – Я решила спросить тебя, чтобы не напортачить. В твои планы это тоже не входит, мастер Иму.

- Ишь, и рассуждать научилась, - проворчал он.

- Мне понадобится несколько дней, - предупредила девушка. – Так сразу момент не выберешь. Он не каждый день и зовет меня к себе. Придется выждать.

Колдун только поджал губы. Но спорить не стал. Сам ведь заявил – мол, думай, как поступить! Ну, вот она и надумала. Не сможет он спорить с тем, что ее слова резонны. Сам все понимает – просто упрямство и спесь мешают признать, что бывшая рабыня из степей права. Ну, хоть не орет на нее нынче.

Задерживаться не стала. Видя, что колдун не пытается ничего прибавить, попрощалась и ушла. Не стоит подолгу отсутствовать.

Ответ на главный вопрос она получила – Изуба не вспомнит о том, что находился под действием колдовского зелья. Он ответит на все ее вопросы, а потом очнется, как ни в чем не бывало.

Конечно, расспросить хотелось много о чем. Да только Иму – не Амади! Он терпеливо и дотошно не станет отвечать на все расспросы. Объяснять да рассказывать. Рявкнет снова – мол, делай, что велено, и не лезь в то, что тебя не касается.

Открыв глаза, девушка обнаружила, что накрапывает дождик. Вовремя она проснулась! Нужно идти домой – одежда уже намокла.

Благо, флейту она с собой брала свою старую – сделанную из тростникового стебля. Опасалась испортить новую, попав под дождь. Не зря! Накато неторопливо шагала по вытоптанным дорожкам. Моросящий дождик не мешал – напротив, приятно холодил кожу, оседая на ней капельками. Смешные эти жители равнин – прячутся от дождя под навесами и зонтами.

Но выходить на прогулки слишком часто не получится. И так уж Куруша косится на нее подозрительно. Да и другие девушки – танцовщицы и музыкантши – тоже.

Слишком уж много странностей и хлопот связано с ней. Она – и неудавшаяся кукла почившего колдуна-ренегата. С ее появлением совпало и появление колдуна-нарушителя, что проник во владения Изубы. А теперь ей нужно подпоить хозяина питьем Иму, чтобы выведать то, что ей знать не положено.


*** ***


- И почему тебя зовут безумцем? – проговорила Накато. – Ты разумнее многих, кого я знаю, - грубая лесть, но против истины она не покривила ни словом.

Чима и впрямь казался вполне здравомыслящим. Интересно, подействует на него похвала? Амади говорил – мужчины впечатлительны. Насколько впечатлителен Чима?

Карлик, сощурившись, разглядывал ее пристально и в то же время брезгливо – точно перед ним находилось мерзкое, но опасное ядовитое насекомое. Следовало бы улыбнуться – но губы складываться в улыбку не желали. Слишком хорошо Накато понимала: не обманет мертвого колдуна улыбка. Не верит он ей.

- Это хорошо, что ты сам пришел, - продолжила девушка, видя, что он молчит. – Мне не придется звать тебя.

- Вот как, - протянул он скрипуче. – А ты, никак, хотела меня увидеть?

- Хотела, - она не стала обращать внимания на насмешку. – Я хотела спросить, зачем мой хозяин Изуба хотел видеть тебя. О чем вы с ним говорили?

- Что?! – карлик побагровел, затрясся. – Ты мне вопросы задаешь?! А с чего это я тебе отвечать должен, а?

Накато сжалась было, ожидая затрещины – однако Чима вроде как взял себя в руки.

- Ты ничего не должен, господин, - подумав, заявила она. – Но ты ведь сам явился ко мне. Значит, чего-то хочешь? О чем-то спросить, или тебе, быть может, нужна помощь?

- Это ты-то мне помощь предлагаешь?! – он расхохотался.

Накато хотела раскрыть рот – и вовремя спохватилась. Что ей, повторять снова – мол, он сам к ней пришел? Ну, нет. Нужно ему чего-то – пусть сам говорит! Он вот молчит, не торопится рассказывать, зачем явился. Ну, так и ей спешить некуда. Она уселась, уставилась перед собой.

- Ослица упрямая, - выругался Чима, оскалился. – Я хотел спросить – зачем ты наврала, будто я – твой хозяин? И что это за выдумки – мол, я знаю, где находится браслет жрицы Саалиндж?! Чего это ты вздумала болтать?!

- Я отвечу, - торопливо заявила Накато, видя, как исказилось, задергалось от бешенства его лицо. – Сказать все это меня надоумил один колдун. Его зовут Иму! Это он просил позвать тебя, рассказать тебе, как вызвать его. Он хотел поговорить с тобой, - выпалила все и смолкла, ожидая ответа.

- Иму? – протянул Чима. – Это не тот ли Иму, которого пираты прозвали вонючкой?

Накато, не удержавшись, хрюкнула от смеха.

- Прости, господин, - торопливо проговорила она. – Я слыхала, что мастера Иму как-то по-особому именовали пираты. И он, кажется, прозвищем своим гордился. Только не знала, как именно его называли, - она плотно сжала губы, изо всех сил стараясь не расхохотаться.

- Иму, - протянул ворчливо карлик. – И чем же сейчас занят Иму? Его тоже принесло в Мальтахёэ? Что это нынче в Мальтахёэ всякую гнусь несет?!

- Иму умер, - отозвалась Накато. – Дух его являлся мне и говорил, что хочет тебя увидеть.

- Умер?! Вот это здорово! – Чима закряхтел, крякнул. – Ну-ка, рассказывай, - потребовал он. – Не то хуже будет! Когда это он умер, отчего, причем здесь ты, и на кой ты наплела про меня несообразного Изубе и его шакалам?! Что ты вообще такое, откуда взялась на мою голову?

- Мастер Чима, - Накато склонила голову набок. – А как так вышло, что ты не знаешь ничего, что творится в мире? Ты ведь – дух бесплотный, можешь летать, где хочешь!

- Я не обязан летать в этих гиблых местах, засиженных галиктами! В этом мире еще остались чистые земли. Зубы мне не заговаривай!

- Как скажешь! – Накато торопливо закивала – еще возьмется душить ее, как Иму! – Я… я служу мастеру Иму. Служила, - поправилась она. – А потом он погиб. Это я… убила его. Случайно, - прибавила неуверенно.

Н-да, нелепая история получается. Убила колдуна, которому служила!

- Ты? Убила? – недоверчиво протянул Чима. – Это как это?

- Котелком по голове ударила… случайно, - повторила она. – А потом меня оговорила домоправительница здесь, в доме господина Изубы. Она то ли ревнует, то ли завидует, - ох, и несуразно звучит все это! Даром, что чистейшая правда. Почти. – И меня забрали в крепость стражи правителя. И стали допрашивать. А мастер Иму пришел ко мне во сне и велел сказать им – мол, хозяина моего зовут Чима. И хозяин мой Чима велел, мол, передать им всем – они никогда не найдут браслета с левой руки жрицы Саалиндж…

Она смолкла, не зная, что прибавить. Чима заморгал, неверяще глядя на нее.

- И ты не врешь, - проговорил он наконец. – Я умею видеть истину в дрожании зрачков, слышать ее в дыхании и токе крови. Чего-то ты недоговариваешь, но не врешь. И недоговариваешь не из хитрости, а из тупости! Истину говорят – горцы тупы, как и их туры, - он со злостью плюнул. – Я встречусь с твоим хозяином. Хочу услышать, что он мне скажет!

- Господин Чима! – заблеяла Накато. – Умоляю, скажи, о чем ты говорил с господином Изубой! Он расспрашивал обо мне? Ты сказал ему, что на самом деле ты – не мой хозяин?! Я так боюсь, что из-за приказов моего хозяина, господина Иму, меня выгонят на улицу! Или вовсе отдадут стражникам, - она хлюпнула носом.

- Так ты за шкурку свою черненькую боишься? – Чима презрительно скривился.

- Боюсь, - закивала Накато.

- Ладно уж, - протянул он. – Иму – редкостный гнус, а наниматель твой, Изуба, и того хуже! Расскажу тебе, в чем дело – им насолю. Значит, браслет Саалиндж, говоришь?

- Ага, жрицы великой плодородной Умм, - закивала Накато с готовностью.

- А не хозяин ли твой, часом, браслет спер?

- Не знаю, он мне не говорил. Я только поняла, что он вроде как знает, куда браслет подевался. А что это за браслет, мастер Чима?

- Не твое дело, - огрызнулся карлик. – А про тебя наниматель твой ничего не спрашивал. Спросил только, узнал ли я тебя. А я ему сказал, что нет! Не с руки мне девок запоминать да разглядывать.

- Он хотел тебе кристалл предложить за браслет жрицы Саалиндж?

- Больно много болтаешь! – он снова вышел из себя. – Сказано же – за шкуру свою можешь не бояться! Играешь на дудочке? Вот и играй – никто на твое место теплое не посягнет. А теперь говори, как мне встретиться с твоим хозяином?!

Накато послушно повторила слова, заучить которые заставил ее Иму.

- Произнесешь их – и мой хозяин появится, - проговорила она.

Иму, надо думать, догадается, почему она его назвала своим хозяином! И что не нужно говорить Чиме правду.

- Славно, - карлик покивал, вновь возвращаясь в благодушное состояние. – А что до браслета жрицы Саалиндж, - прибавил он неожиданно, и глазки его масленые залучились весельем, - то я помню, что на левой руке она носила браслет, собранный из засушенных голов галиктов! Странное украшение для жрицы Умм – богини плодородия. Как это терпели в храме Умм – я не знаю. Значит, это гнус Иму руку приложил к его исчезновению?! Любопытно, чтоб меня! Ну, чего таращишься?! – рявкнул он, снова насупливаясь. – Свободна! Мне еще с Иму встречаться…

Проснувшись, Накато какое-то время сидела на матрасе, глядя в темноту. Ей кажется, или Чима от раза к разу ведет себя все умнее и рассудительнее? Вот уже и взгляд его не кажется ей бессмысленным! А может, это просто так кажется после разговоров с Иму…

Рейтинг:
1
СИРена в Пнд, 25/10/2021 - 18:03
Аватар пользователя СИРена

Не иначе – Иму решился ума.

лишился?
От быдолашка! Попала между молотом и наковальней! Большая улыбка
Два колдуна дерутся, а у Накато чуб трещит. Smile

__________________________________

Пчёлы не тратят время, чтоб доказать мухам, что мёд лучше дерьма.

Черепаха дипломат в Пнд, 25/10/2021 - 22:13
Аватар пользователя Черепаха дипломат

Чубы по жизни трещат у тех, кто не при делах, сидит и не отсвечивает ))) А насчет лишился - существуют обе формы. Можно лишиться, можно решиться. ОДно и то же.

СИРена в Втр, 26/10/2021 - 13:02
Аватар пользователя СИРена

Насколько я знаю - рехнуться. А решиться можно на что-то, а не чего-то. Разве не?
Хотя:

3.
ПРОСТОРЕЧИЕ
Лишиться чего-н. прост..
"Ума решился"

Тады да. Большая улыбка

__________________________________

Пчёлы не тратят время, чтоб доказать мухам, что мёд лучше дерьма.

Черепаха дипломат в Втр, 26/10/2021 - 13:50
Аватар пользователя Черепаха дипломат

Ну да, так и есть. А вот насчет рехнуться с ума... как-то не оч звучит. Хотя, кажись, где-то и такое видала.

СИРена в Втр, 26/10/2021 - 22:04
Аватар пользователя СИРена

А вот насчет рехнуться с ума... как-то не оч звучит.

Говорят просто - рехнуться. Без добавления "с ума". Потому что рехнуться это и есть "сойти с ума", только просторечное.

РЕХНУ'ТЬСЯ (или ряхнуться), ну́сь, нёшься, сов. (простореч. пренебр.). Сойти с ума. Да что вы, Арина Егоровна, рехнулись, должно быть?

__________________________________

Пчёлы не тратят время, чтоб доказать мухам, что мёд лучше дерьма.