Потерянная станция (продолжение 22)

Резкий голос пилота отвлек от мрачных мыслей.

- Внимание, предварительная готовность! До станции — сто тридцать километров! Заходим на вектор атаки!

- Скафандры —герметизация! Автономный режим! - рявкнул Крайчек.

Раздался тихий шелест смыкаемых гермошлемов. С еле уловимым присвистом включились в работу внутренние системы скафандров.

- Внимание на информационный экран! - голос пилота теперь доносился по сформированной системе беспроводной связи.- Плотный зенитный огонь! Перехожу на автоматический режим маневрирования! Будет трясти!

На одной из стен засветился вогнутый стереоэкран, на который транслировалось изображение с носовых видеокамер.

Десантно-штурмовой модуль по-прежнему шел сквозь море каменных обломков. Золотистыми сполохами реактивного выброса полыхнули носовые тормозные дюзы, гася маршевую скорость. На секунду взвыли корректирующие двигатели; модуль сменил курс, выбирая заданные для конуса атаки углы тангажа и рыскания.

В центре экрана появился крупный астероид. Сработали оптические умножители, увеличивая изображение. Датчики сканирования сменили режим на инфракрасный, и плохо различимый контур мятежной станции расцвел палитрой ярких красок.

Жарким желтым пятном тлел ядерный реактор, тонкими светящимися линиями протянулась сеть действующих энерговодов. Алыми точками обозначились орудия противокосмическиой обороны.

Зенитный огонь действительно оказался плотным — двухсотмегаваттные лазерные установки работали не переставая, покрывая пространство сеткой заградительного огня.

Система наведения станции захватила новую цель, и десяток огненных росчерков метнулся навстречу модулю. Несколько лазерных разрядов ударили в находившиеся поблизости каменные глыбы, превратив их в облако раскаленного пара в долю секунды.

Модуль ощутимо качнуло — броня вспухла рубиновыми рубцами лазерных ожогов. Изображение тут же подернулось рябью помех.

По стенам и переборкам прокатилась вибрация; раздался ритмичный гул — заработали импульсные орудия носовой полусферы.

Изображение на экране озарилось бледно-голубым отблеском электрических разрядов, снарядные трассы тончайшими иглами впились в бронированный корпус станции, вспухая бутонами ярко-желтых разрывов.

Модуль маневрировал, уклоняясь от лазерных разрядов, киберсистема корабля в сотые доли секунды просчитывала десятки возможных вариантов, постоянно внося изменения в пределах конуса атаки.

Люди до поры превратились в простых наблюдателей, в раскрывшемся аду высокотехнологичного боя реакция человеческого нервного импульса безнадежно запаздывала.

- Установлена связь с модулем четвертого взвода! Они так же под плотным огнем, имеют повреждения, но сумели прорваться через заградительный огонь! - раздался напряженный голос пилота.- Заходят на вектор посадки!

Модуль трясло все сильнее. Уже десятки лазерных попаданий исполосовали броню, часть датчиков внешнего обзора сгорела, но киберсистема тут же запустила в действие резервные.

Контур мятежной станции рос, заслоняя весь экран.

Жгучие росчерки выстрелов противокосмических орудий становились все плотнее. Пространство вокруг медленно покрывалось серым мутным облаком испаренных каменных глыб, сотни мелких осколков ударялись в броню корабля. Но это было только на руку — лазерный луч «вяз» в плотной пылевой среде, значительно снижая свои поражающие свойства.

Изображение на экране подернулось серой пеленой — модуль нырнул в каменно-пылевую тучу, прощупывая курс лучами радара.

- Готовность шесть минут! - подал голос пилот.

Серая взвесь начала светлеть, ярким сполохом ударил шальной лазерный разряд.

Изображение приняло четкие очертания — поверхность станции была совсем рядом, стремительно приближаясь.

- Заходим на вектор посадки! - в голосе пилота почувствовалось напряжение, как вдруг он сорвался на крик.- Черт, что это?!

Взгляды компехов невольно впились в стереоэкран.

Среди технологических надстроек на поверхности станции плавно открылось с десяток створов, из которых на подающих суппортах поднялись покатые орудийные башни электромагнитных орудий.

Крайчек похолодел. Внутренний голос не обманул — это был путь в один конец.

Неведомо кто управлял этой безумной станцией, но ясно становилось одно — самый весомый аргумент он приберег на последний момент.

- Мать твою! Откуда здесь крупнокалиберный «импульс»?! - это был последний возглас пилота.

Система наведения орудийной башни захватила цель в течение двух секунд, и электромагнитное орудие разрядилось короткой, пятитактовой очередью.

Киберсистема модуля так же успела засечь огневую точку. Совершить маневр уклонения не представлялось возможным — модуль уже вошел в поле тяготения астероида и начал посадочный маневр, находясь в нескольких сотнях метров от поверхности станции.

Орудия носовой полусферы ДШМ озарились огнями выстрелов.

Два залпа ударили одновременно.

Страшный удар потряс модуль.

Двухсотмиллиметровые снаряды ударили точно в носовую часть, превратив ее в груду рваного металла, брызжущего снопами искр из перебитой системы энергоснабжения. Белесым облаком, в результате мгновенной декомпрессии, взметнулась внутренняя атмосфера штурманской рубки. На мгновение в нем мелькнула ярко-красная взвесь, тут же истаившая в вакууме — все, что осталось от пилотов.

В десантном отсеке мгновенно погас свет. Грохот, скрежет раздираемого металла и вой улетучивающегося воздуха на мгновение оглушили компехов.

- Не покидать посадочных мест!- изо всех сил заорал Крайчек, прекрасно понимая, что система амортизации кресел — сейчас самое безопасное место. Иначе, в результате хаотичного вращения корабля, можно запросто свернуть шею.

Изуродованный десантно-штурмовой модуль повело в сторону, система пространственной стабилизации, лишившаяся управления, тщетно пыталась просчитать немыслимые углы отклонений. Реактивные двигатели продолжали работать по последним поступившим командам, и модуль, не погасив скорость, тяжело врезался в поверхность станции.

От чудовищного удара толстые бронеплиты содрогнулись в радиусе километра.

В полной темноте десантного отсека раздались крики: кто-то яростно матерился, кто-то просто орал — может, от страха, а может, наоборот, пытаясь придать себе уверенности.

Многотонный космический корабль, повинуясь силе инерции, заскользил вперед, сметая на своем пути технологические надстройки, словно детские игрушки и выбивая в бронеплитах обшивки станции широкие борозды.

Крайчек, вцепившись в дугу амортизационного каркаса и стиснув зубы, с нарастающим ужасом прислушивался непрекращающемуся скрежету. Казалось, поврежденный космический челнок сейчас развалится на части.

Еще один сильный удар, и пол ощутимо накренился.

Модуль, пропахав длинную металлическую борозду, собрал у изуродованного носа огромную груду искореженного металла. Именно она в большей части и прекратила неконтролируемое скольжение космического аппарата. По дурному стечению обстоятельств, ДШМ замер на закрытых створках погрузочного терминала, которые, не выдержав многотонного давления, продавились внутрь. Модуль, вздрогнув, замер, дав значительный дифферент на нос и приподняв корму.

Крайчек шумно выдохнул.

Из темноты посыпались голоса.

- Вот дерьмо!

- Ну, повезло...

- Нас «вскрыли», как консервную банку!

- Радуйся, что живой!

- Откуда, мать их, на этой гребаной станции взялись крупнокалиберные «импульсы»?!

- А ну, все закрыли рты! - рявкнул Крайчек. Собственный голос, как ни странно, придал уверенности.- Мы живы - и это главное! Всем отстегнуться! Зажечь плечевые фонари! Кленов, найди аварийную панель и включи освещение!

Через минуту тусклый красный свет залил отсек.

- Так, работаем! - бросил сержант, бегло осмотрев бойцов. - Ставинский, Орлов, открыть десантную аппарель! Остальным - готовность к бою!

- Сержант, почему молчат орудия модуля? - спросил один из компехов.

Только сейчас Крайчек ощутил, что внешние микрофоны скафандра выдают глухую, ватную тишину. Словно десантно-штурмовой модуль превратился в мертвую груду металла, что само по себе было немыслимо. Даже такие критические повреждения как сейчас не могли привести к полному бездействию сложнейшей машины. Каждая система модуля имела определенный запас прочности, и могла некоторое время действовать автономно.

Ему вдруг захотелось завыть по-собачьи — догадка пришла мгновенно, вместе с воспоминанием недельной давности.

Не далее семи дней назад руководство Флота провело, по их словам, «оптимизацию боевых систем», сменив программные приоритеты и «завязав» управление бортовым вооружением на центральную киберсистему. Таким образом артиллерийские палубы модуля лишились автономии, став полностью зависимы от центрального управления, которое сейчас представляло собой безобразную груду хлама.

В этот момент Крайчеку захотелось собственными руками задушить все руководство Флота и, в особенности, кабинетных теоретиков, возомнивших себя асами войны.

- Отставить десантирование! - скомандовал он.- Ставинский, Орлов — бегом на артиллерийскую палубу! Активировать орудия в ручную!

В душе разлилось стылое чувство надвигающейся беды. Он был уверен — самое страшное их ждало впереди.