Потерянная станция (продолжение 15)

… Со стороны правой артиллерийской палубы к модулю приближалась группа кибермеханизмов. Боевые андроиды совершили маневр, обходя зону боестолкновения за пределами возможностей сканеров космического корабля.

Орудия правой полусферы молчали. Рубка ДШМ была сильно повреждена столетие назад попаданием снаряда системы противокосмической обороны станции. И теперь, лишившись централизованного управления, боевые компьютеры артиллерийской палубы не могли открыть огонь, нуждаясь в командных директивах, введенных в ручном режиме. Воспользовавшись этой технической оплошностью, боевые андроиды быстро сокращали расстояние до цели...

...Технический уровень был погружен в густой сумрак. Редкие осветительные плафоны под сетчатыми колпаками давали минимум освещения.

Звук шагов гулко разносился по длинному помещению.

По правой стороне протянулся ряд дверей.

Глеб, щурясь в темноте, разобрал надпись: «Хранилище № 16».

На панели управления тлел зеленый огонек. Едва Галанин коснулся клавиши активации, как на крохотном экране вспыхнула надпись: «Введите личный кодон».

- Черт! – Глеб в сердцах грохнул ладонью по стене.

В горячке боя он и не подумал, что доступ к амуниции и стрелковому вооружению может быть закрыт кодами доступа, и лишь член экипажа, на основе личного кодона, чей электронный узор внесен в реестр системы контроля доступа, сможет разблокировать вход.

Злость и обида на злодейку-судьбу вдруг закипела на донышке души горячей волной.

Бормоча ругательства, Глеб выхватил из набедренного кармана десантный нож.

- Универсальная отмычка…- зло пробормотал он.

Коротким движением отковырнув внешнюю пластиковую панель, не долго думая, вогнал широкое лезвие в электронную плату.

С треском полыхнуло короткое замыкание, ударив снопом золотистых искр. В воздухе поплыл запах сгоревшей проводки.

Массивные створки двери дрогнули, приоткрывшись на пару сантиметров, и замерли. Электромагнитные замки теперь оказались обесточены и Глеб, ухватившись за край двери, с усилием потянул ее на себя. Открыв проход на полметра, он с трудом протиснулся внутрь.

Автоматически вспыхнуло освещение.

В технологических нишах у стен, удерживаемые страховочными захватами, выстроились ряды армейских бронескафандров.

Галанин перевел дух, смахивая пот со лба.

Пользоваться военной амуницией ему не приходилось, и сейчас Глеб мучительно пытался вспомнить то, чему обучали во время обязательной шестимесячной военной подготовки.

Получалось плохо. Все, что сечас приходило на ум - это слова инструктора об универсальности военных систем. Человеческий фактор – слабое место в современном бою. И кибернетическая система его компенсирует, работая в режиме миллисекунд, опережая скорость прохождения нервного импульса человека.

Бронескафандр, высотой более двух метров и весом около четырехсот килограмм, представлял собой самодостаточный кибернетический комплекс – мощную огневую единицу.

Взгляд Галанина невольно остановился на короткоствольной автоматической пушке. Закрепленная на независимом сервоприводном подвесе над левым плечом, она являлась мощным огневым средством. Выстрел двадцатимиллиметровых снарядов вскрывал легкобронированную цель как банку консервов. В довесок к этому, на правом наплечнике скафандра располагались короткие тубусы ракетного комплекса. Наличие встроенной сервомускулатуры позволяло использовать его без травматических последствий для пилота – сорокамиллиметровые ракеты могли поражать цель в радиусе километра. Собственно, сервопривод здесь был определяющим - сдвинуть с места почти полтонны брони и механизмов без усилителей движения было невозможно при всем желании. Многослойная композитная броня надежно защищала от пуль и осколков, и даже могла выдержать лазерный разряд не слишком высокой мощности. Покрытый бронелистами объемный кофр за спиной скрывал в себе программное ядро кибернетической системы, элементы системы жизнеобеспечения и боепитания встроенного вооружения. Подача энергии осуществлялась от двух микроядерных батарей – основной и резервной.

Не теряя больше времени даром, Глеб быстро освободился от скафандра, оставшись в одном летном комбинезоне. Склонившись над контрольной панелью, он минуту изучал расположение кнопок, после чего пробежал пальцами по клавиатуре.

Клацнув, отошли фермы обслуживания. С тихим шелестом подались в стороны сегменты брони, открывая нутро скафандра.

Глеб повернулся спиной и сделал шаг назад. На секунду его охватила легкая оторопь – раскрывшаяся бронированная оболочка невольно пугала. Иррациональное чувство появилось в сознании – казалось, скафандр, заключив в себя человека, уже никогда его не отпустит.

Глеб нервно облизнул пересохшие губы, слыша, как взвыл сервопривод и толстые бронеплиты пришли в обратное движение, плотно облегая тело. Тихо клацнули электромагниты замков, герметизируя оболочку. Сверху, закрывая голову, опустился гермошлем. На секунду упала полная темнота; Галанин ощутил вокруг шеи круговое движение соединительного кольца. Раздалось несколько щелчков и проекционное забрало шлема посветлело, отображая цифровые показатели – киберсистема запустила тест самопроверки.

Пришлось подождать несколько минут.

«Тестирование завершено», - вспыхнула на экране строчка.

«Кибернетическая система – тест пройден. Необходима загрузка оперативных данных и перечень программных приоритетов.

Боевой сканирующий комплекс – активирован, тест пройден.

Системы бортовых вооружений:

Автоматическое безоткатное орудие – тест пройден, боекомплект – 100%.

Ракетный комплекс – тест пройден, боекомплект 100%.p>

Сервоприводы и система пространственной ориентации – тест пройден.

Система жизнеобеспечения и метаболического контроля – тест пройден. Требуется подключение к импланту для снятия медицинских показателей».

Последняя строчка призывно мигала алым цветом.

Глеб опять выругался.

Все это время он держал имплант выключенным. Для этого было несколько причин. Находясь в, мягко сказать, нестандартной ситуации, которую он теперь уже без всяких натяжек определял как враждебную, Глеб боялся постороннего воздействия на сознание окружавшей его техносферы. Взломать индивидуальные защитные коды его импланта для здешних «обезумевших» кибермеханизмов не заставит большого труда, и что случиться дальше было страшно подумать до дрожи… Тем более, если вспомнить про чудовищные эксперименты Тобольского с расширителями сознания, за которые ему запросто светили урановые рудники Плутона на пожизненный срок. Подтверждения им Галанин пока не нашел, но ожившая после столетнего забвения армия боевых андроидов давала мало повода для оптимизма. Особенно после того, как он воочию убедился в том факте, что об этих кибернетических исчадий «споткнулись» даже компехи. Но сейчас иного выхода просто не было.

Глеб мысленным усилием активировал имплант.

- Подключение разрешаю!

Короткий шелест – тонкая игла шунта оптико-волоконного кабеля вошла в соединительное гнездо импланта.

Глеб поморщился и невольно вздрогнул. Ощущение было малоприятным, хоть и не болезненным. Прямым нейросенсорным контактом он не пользовался никогда в жизни – управление бытовыми киберсистемами происходит по беспроводной связи, через инфракрасный порт обмена данными. Соединительное гнездо импланта являлось, по сути, анахронизмом, пережитком прошлого, оставляемое на непредвиденные, особые случаи. И вот такой случай наступил…

Несколько секунд ничего не происходило, как вдруг лавина неведомых ощущений затопила сознание.

Глеб судорожно выдохнул и даже приоткрыл рот – настолько это было необычно.

Полный нейросенсорный контакт…

Слияние живого с неживым…

Словами это передать невозможно. И ни один симулятор виртуальной реальности не мог дать полной глубины ощущений.

Скафандр – четыре сотни килограммов брони, вооружения, сервоприводов и различных систем – в одно мгновение в субъективном восприятии стал частью его тела.

Глеб с искренним изумлением чувствовал, как с легким гудением раскручиваются гироскопы самостабилизации системы пространственной ориентации, подрагивают торсионы сервомускулатуры, чутко реагируя на каждое непроизвольное движение мышц, слегка вибрируют толстые бронеплиты в такт его дыханию. Киберсистема бронескафандра теперь стала частью его мозга, нервные окончания, казалось, слились с каждым сантиметром брони.

Нахлынувшие ощущения оказались настолько ярки, глубоки и неожиданны, что просто вымели из сознания все посторонние мысли.

«Приветствую вас, пилот! Нейросенсорный контакт успешно установлен. Медицинские показатели загружены в базу данных, система метаболического контроля активирована», - раздался в сознании чистый безликий голос.

- Приветствую! – произнес Глеб после некоторого молчания. Общаться мысленно с киберсистемой, ставшей частью его в результате обратной связи, было в высшей степени необычно.

«Я боевая кибернетическая система «Клеопатра»,- вновь прошелестел в мозгу ровный голос. – «Возможно обращение через голосовой ряд, так и мысленно. Физиологическая и эмоциональная составляющие вашего мозга и сознания мною усвоены, теперь я могу выделять главенствующие мыслеобразы и интерпретировать их в соответствующие команды».

Глеб невольно усмехнулся – имя древней царицы, жестокой и прекрасной одновременно, действительно соответствовало сути киберсистемы, готовой защищать жизнь пилота и сеять вокруг смерть.