Потерянная станция (продолжение 13)

Даже невооруженным взглядом было заметно движение среди руин технологических надстроек. Боевые андроиды, которые оказались поврежденными в результате отгремевшего столетие назад боя, в отсутствии активных целей впали в режим ожидания. Сейчас же сканеры кибермеханизмов моментально зафиксировали произошедший короткий бой около модуля, выводя системы из статиса. Через несколько минут, андроиды образовали между собой локальную сеть беспроводной связи, обменявшись кодами доступа. Связь с Центральным процессором станции отсутствовала, командных директив не поступало, но загруженные программные приоритеты и без них позволяли осуществлять действия согласно имевшегося реестра целей. Вдобавок поврежденный андроид, уничтоженный Глебом, успел транслировать файловый пакет, в котором обозначалась новая цель. Информация была принята, изменения в реестр целей внесены, разработан алгоритм действий, и андроиды приступили к его выполнению с бесстрастностью и упорством смертоносных машин.

Глебу захотелось завыть от отчаяния и безысходности.

Ну, а теперь-то что делать?!

Он едва справился с поврежденным боевым сервом, а тут еще два десятка целых и невредимых! Или того больше…

Каждая утекавшая минута приближала к неминуемой гибели.

Галанин отстегнул от креплений скафандра мономолекулярный трос, который все это время волочился за ним как спасительная нить Ариадны. Вернуться обратно тем же путем, теперь ему точно не суждено.

Мигавший на внутреннем ободе гермошлема огонек напомнил о еще одной весьма насущной проблеме.

- Если попал, так по-полной…- с досадой пробормотал Глеб.

Дыхание было тяжелым и хриплым.

Еще минут сорок – и запас дыхательной смеси иссякнет. Система жизнеобеспечения переключится на подпитку из резервного кислородного баллона и активирует поглотители углекислоты. Это даст еще полчаса времени, а потом… Даже страшно представить муки удушья от переполненной углекислым газом дыхательной системы.

Глеб усилием воли заставил себя сосредоточиться.

«Задержать андроидов хотя бы на десяток минут! – лихорадочно подумал он.- Если в цепях модуля есть энергия, значит реактор жив и орудия работают.»

Эта идея принесла немного бодрости – любое действие сейчас лучше тупого ожидания приближающейся смерти.

«Найти армейский бронескафандр!» – мысль полыхнула, как озарение.

Глеб не был знаком с военной амуницией, но прекрасно знал, что армейские бронескафандры по определению своему имеют большой запас прочности и надежности, автономная система жизнеобеспечения имеет огромный ресурс и способна поддерживать жизнь даже раненного пилота несколько суток. Дело осталось за малым – найти это «богатство». В том, что на борту ДШМ подобное имеется, Галанин не сомневался, вспомнив, как обнаружил исправные аккумуляторы. Но для этого нужно время – а оно-то как раз и было в остром дефиците.

Глеб вскочил и бегом ринулся вглубь модуля.

Лучи фонарей вновь заплясали по стенам, разгоняя застоявшийся мрак.

Развязка коридоров, обесточенные лифты – рядом на приборных панелях ни огонька.

Глеб пинком распахнул дверь со значком аварийного выхода и, тяжело дыша, помчался по ступеням.

«Артиллерийская палуба № 3» - высветили лучи фонарей.

На толстой плите герметичной двери тлел изумрудный огонек - на палубе царила нормальная атмосфера. Это давало надежду – значит, этот сектор модуля не получил повреждений и, возможно, бортовые орудия остались исправны.

Глеб торопливо коснулся сенсоров на панели.

«Ждите. Активирована процедура плавной декомпрессии» - вспыхнула надпись на небольшом экране.

«Ждать сейчас смерти подобно»,- подумал Глеб, представляя, как цепь боевых кибермеханизмов неуклонно приближается к модулю.

Мелькнула мысль - следовало бы поднять десантную аппарель. Это окажется серьезным препятствием для оживших кибернетических исчадий, но для этого требовались командные коды, которыми владел только экипаж. Взять их было просто неоткуда – вернее, не было времени обшаривать тела погибших, в поисках личных кодонов.

Через две минуты Галанин шагнул в тесный коридор палубы.

Редкие плафоны на потолке давали минимум света, едва рассеивая темноту и превращая ее в плотный сумрак – видимо, реактор модуля находился на минимуме мощности или в режиме жесткой экономии энергии.

Глеб разгерметизировал скафандр – затхлый, сухой воздух, пропитанный запахом сгоревшего пластика, хлынул в легкие. Галанин поморщился, но это было, можно сказать, подарком судьбы – простоявший сотню лет в забвении, поврежденный и потерявший весь экипаж модуль все-таки сохранил функциональность.

Он двинулся по коридору.

«Орудийный блистер № 1».

«Орудийный блистер № 2».

«Орудийный блистер № 3»…

Целый ряд дверей тянулся по правой стороне.

Галанин замер около одной, с порядковым номером 4, и коснулся клавиши открывания.

Толстая герметичная дверь, тихо чавкнув уплотнителем, плавно открылась.

Глеб оказался в тесном помещении, большую часть которого занимал орудийный лафет спаренного электромагнитного орудия. Стволы, забранные в пластиковую герметичную муфту, выдавались далеко вперед за границы прозрачного блистера.

Галанин замер, осматривая кресло стрелка, втиснутое между массивными блоками управляющего компьютера.

Орудийная башня находилась на десятиметровой высоте и через толстое слой бронестекла открывался совершенно другой вид, чем из десантного шлюза.

Глеб замер, невольно созерцая открывшуюся панораму.

Ледяной холодок страха пробежал по спине.

Их были десятки – Глеб ясно различал высокие фигуры андроидов, медленно перемещавшиеся и занимавшие позиции за изломанными контурами изуродованных взрывами надстроек.

Не медля больше ни секунды, он опустился на место стрелка. Встроенные сенсоры среагировали, подстраивая кресло по фигуре. С мягким шипением сработал пневмопривод, опуская на голову металлическую полусферу боевого визора.

- Приветствую вас, стрелок! – раздался безликий голос управляющего компьютера.

- Экстренная активация вооружения! Огонь в режиме автоматического обнаружения целей! – рявкнул Глеб.

- Принято!

Снаружи на прозрачный блистер плавно опустились бронированные шторки, оставив лишь узкую прорезь смотрового триплекса.

Панорама поверхности станции, видимая на вогнутой поверхности боевого визора, вдруг рванулась навстречу.

Глеб вздрогнул и тихо охнул, ощутив легкий укол в глазное яблоко – управляющий «комп» транслировал изображение непосредственно на сетчатку глаза, пропустив его через электронно-оптические умножители.

Галанину казалась, что он стоит в десятке шагов от укрывшихся за выступами разбитых надстроек андроидами – настолько созданная электронными системами картина оказалась реальна. Он ясно различал царапины осколочных попаданий на титановых эндоостовах кибермеханизмов, видел ядовито-красные огоньки работающих видеокамер и подергивание управляющих торсионов на конечностях.

Электромагнитное орудие ударило неожиданно – с дульных компенсаторов стволов, покрытых вздутиями электромагнитных катушек, сорвалась короткая, ярко-синяя молния электрического разряда. Мощные, двухсотмиллиметровые стволы вздрогнули, с коротким росчерком выплевывая очередь начиненных гиперталомином снарядов.

Серия ослепительных взрывов прокатилась по металлической равнине. Глеб невольно сжался, ожидая смертельного удара осколков – органы чувств, усиленные электроникой, невольно реагировали природными рефлексами.

Тонны рваного металла взметнулись вверх, чтобы через мгновение обрушиться щедрым смертельным дождем. На секунду в поле видимости мелькнули разорванные на части эндоостовы боевых кибермеханизмов.

С протяжным гудением сработал механизм поворота орудийного лафета – стволы сместились, поймав новую цель и вновь выдав длинную очередь.

Глеб, стиснув зубы, смотрел на творившийся снаружи ад.

Первая волна оживших кибермеханизмов находилась в двухстах метрах – на таком расстоянии огонь орудий оказался просто убийственным, в буквальном смысле снося все подряд. Металл вскипал от сверхвысокой температуры разрывов, тут же застывая причудливыми потоками. Казалось, что уцелеть в этом кошмаре невозможно в принципе.

Однако Глеб сильно ошибался в количестве противников даже в самых смелых предположениях. Он не мог знать, что начало твориться в радиусе нескольких километров от модуля на, казалось бы, замершей на века изуродованной металлической равнине.

Количество боевых кибермеханизмов, вышедших из вынужденного статиса, множилось лавинообразно. Локальная сеть беспроводной связи между андроидами расширялась, привлекая к выполнению вновь появившейся задачи все новые боевые единицы.

В километре от ДШМ, недалеко от гигантской пробоины в обшивке станции, замерла еще одна шагающая артиллерийская установка. Давний взрыв сверхмощной ракеты практически не задел ее – несколько осколков ударили в покрытый бронекожухом блок управления и перебили торсионы механизма поворота орудийной платформы.

Сейчас два сервомеханизма оперативно осуществляли восстановление, принеся с собой увесистые кофры ремкомплекта. Один из них, используя плазменный резак, вскрыл поврежденный блок управления, извлек разбитые платы и заменил на новые. Пару минут ушло на тестирование системы, после чего сервомеханизм подключился через выдвижной шунт к системе и передал обновленный реестр целей.

Второй ремонтник успел заменить поврежденный привод, и оба серва быстро исчезли среди руин.

Спаренные стволы автоматической пушки артиллерийской установки дрогнули, активировались сканеры, осуществляя поиск заданной цели. Раскрутились гироскопы самостабилизации – примитивный электронный разум шагающего орудия позиционировал себя, определил расстояние до цели, включился в локальную сеть связи и активировал боевые программы.