На обратном пути мадемуазель де Сен-Совер заглянула в список, который ей передал агент и бегло, без особого интереса ознакомилась с ним. Впрочем, в этом не было нужды, так как всё точно соответствовало устному рассказу.

После ужина гости стали разъезжаться. Катрин смогла вздохнуть с облегчением: ей удалось отбить атаку предприимчивой маркизы д'Амфревиль, желавшей навязать ей своего ненаглядного Шарля-Анри, заодно пресечь поползновения сорокапятилетнего вдовца графа де Роншероль-Мэнневиль и юного шевалье д'Эквильи.

«Выходит, Шарлотта не забыла нашу последнюю встречу годичной давности», - с лёгкой улыбкой на губах подумала виконтесса, удобно откинувшись на бархатные подушки в карете. Она ценила удобства, любила изысканную еду и наряды. И в отличие от своей подруги по сообществу Софи де Кондорсе, вовсе не была безразлична к классовому и социальному происхождению людей.

Катрин, видя особое внимание графа Луи-Густава к Шарлотте, решила расположить его к себе. К тому же, её союзницами стали маркиза и мадам де Понтекулан. Последняя, видимо, сочла, что виконтесса — подходящая партия для её племянника.

Шарлотта привела Катрин к себе в комнату. Помещение разительно отличалась от того, которое занимала Катрин в монастыре бернардинцев в Париже, с постройками на 16 Рю де Севр и на 11 Рю де ла Шез.

Удивительно, но встреча с семейством Корде подействовала на Катрин сильнее, чем недавняя стычка с разбойниками. Почему? Может потому, что грабители оказались новичками и с ними не трудно оказалось сладить. А вот встреча с Шарлоттой вызвала очень неприятные ощущения. Они вращались в разных кругах общества.

Уроки в аббатстве не прошли для неё даром. Она знала про тюшенов(лесных людей), которые собирались вначале в мелкие банды разбойников, а потом объединились под предводительством Пьера де ла Брюйера, сеньора де Бре.

- Откуда вы узнали, граф? - спросила Катрин де Сен-Совер.

- В дилижансе ехал мой человек. Даже открою секрет — это мы помогли бежать де ла Мотт.

- Зачем вам это нужно?

/>

Катрин говорила с холодной сдержанностью, вновь обращаясь с Жанной на «Вы», тем самым поставив между ними барьер.

Де Ла Мотт поняла, что виконтесса решила похоронить воспоминания о их совместных играх в замке маркизы де Буленвилье.

На рассвете к ним в салон подсел священник. Несмотря на свой весьма преклонный возраст, он, судя по сутане был только аббатом.

Святой отец оказался очень эмоциональным человеком. Узнав, что виконтесса едет из Парижа, он издал тяжёлый вздох.

- У вас связаны с городом печальные воспоминания? - с сочувствием произнесла виконтесса.