(Алаверды Марату)

Вообще-то ежики не пьют.
Но так как жить в лесу не сладко;
Бывает, вечером, с устатку,
Грамм пятьдесят себе нальют.
Но больше ежики не пьют.
Еще случается немножко,
На посошок там, на дорожку,
Промочат горло и пойдут.
А просто ежики не пьют.
Ну, в праздник заячьей капусты,
Где волчья ягода - закуской.
Там все танцуют и поют.
Но сильно ежики не пьют.
Вот волки - те другое дело.
Всю жизнь бухают ошалело,
Лесной распугивая люд.
В сравненье с ними все не пьют.
Нет, был один в гостях у зайца,
Сумел там сильно нализаться,
Устроил праздничный салют.

На улице лето. В тени гаража

Мальчишки дуэтом играли в ежа.

Какой удивительный спорт-инвентарь!

Ежа за ежом пропускает вратарь.

Окалиной снег вызрел.
У азиатской границы,
Металлургии столица
Диктует условия жизни.
Здесь рожают чугун в печах,
С болезненным токсикозом.
Тяжелый металл - хандрозом
Ломотой оседает в плечах.
Но доминантой стальной выпуск:
Тонны, метры и километры.
А взамен лишь спектральные ветры
И мазутный в губах привкус.
От загара мартено-соляриев:
Шероховатость на лицах,
Стальной мимический бицепс.
И сознанье иной полярности
Превращает людей с бутылкой
В сообщающиеся сосуды,
Выводя тяжелые руды
До пульсации боли в затылке.
Переполненные больницы
Выдают молодых, не старых,

На сердце тяжесть, в голове разруха.

Стою небритый, в шортах, майке, босиком.

Минула уж неделя, когда погибла муха,

Наполнив одиночеством мой дом.

...Растаял воск, постель тепла, стена хранит касанье света
А ты давно уже ушла, так и не сделав мне минета.
(В. Ильин "Проститутка")
.................

Луна, что нова, разлилась
Своими сияньем по паркету.
У нас особенная связь,
Луна волнует взгляд поэта.
Смущенный взор, тревожит плоть
Передавая эстафету.
Мне чувств своих не побороть
Любви хочу! Хочу минета!
Набрал я нужный телефон,
И был шокирован ответом.
«Пять тысяч - час» - поведал он.
А где их взять? - ведь денег нету.
Моя мошна полупуста,
Лишь двух-грошовая монета.
И как лобзать гетер уста?

Тонула муха. В лучах рассвета,

В литровой банке - ни слез, ни звука.

Устала муха. В глазах из сетки

Светился ужас, застыла мука.

Дежурные фразы, банальные фразы...

Они убивают любовь, но не сразу.

Они убивают ее постепенно -

Экземой на коже и дозой по венам.

Любимая сказала: «Послезавтра иду на конкурс. Надо поддержать Марину. Буду смотреть и хлопать». А я сказал, что тоже хочу пойти. И очень даже не против подержать и похлопать Марину. «Дурак» - рассмеялась Любимая. «Дурак» - согласился я и рассмеялся в ответ. Я обожаю ее смех. Какой-то очень чистый и детский что ли. И ради него готов быть и дураком, и Дуремаром, и любым другим подходящим синонимом.