Блог портала New Author

02. Бастард. Холодное дыхание тьмы

Аватар пользователя Рома
Рейтинг:
2

Не доезжая мили до городских ворот, путники увидели толпу людей, у кустов терновника, чуть в стороне от дороги. На большом камне стоял седой, лохматый старик и выкрикивал:
– Жители Авиньона! Вернулся Белый дьявол! Он уже здесь! Опять начались его темные злодеяния!
Люди обступили старика со всех сторон.
Чуть в стороне кольцом стояли несколько стражников, что-то громко обсуждая.
– Да заткните вы, наконец, старого Симона! – от стражников отделился небольшой, плотный мужчина, с большим круглым лицом, одетый в красный плащ - накидку капитана стражи.– Эй, а вы еще кто такие?
Он увидел проезжавших путников. Донат и аббат Жак подъехали, остановились, и только сейчас увидели, что стражники обступили двух лежащих на земле людей. Они были залиты кровью с головы до ног, и аббат с трудом узнал в них ночных стражников.
– Наши вчерашние гости, – кивнул головой аббат. Путники слезли с коней.
– Сеньор капитан стражи, ваши парни подъезжали к нам ночью у каменного моста, чуть посидели у костра, и уехали, сказали что торопятся….
Капитан стражи недоверчиво осматривал путников. Над лежащими стражниками склонился кудрявый, с небольшой, редкой бородкой человек, в просторной белой тунике, городской лекарь, он задумчиво осмотрел кровавый рваный рубец под шеей черноусого.
– Капитан Ален, я уверен, наших стражников убили твердой рукой. По видимому, все произошло очень быстро. Но орудие не похоже ни на меч, ни на кинжал, я такого еще не видел.
Аббат Жак подошел, наклонился, и внимательно посмотрел на рваную рану:
– Это костяной скальпель, или что-то вроде острой кости. Посмотрите, мягкие ткани будто разорваны, а не вспороты сталью.
Стражники лежали, как будто пытаясь зажать руками свои страшные раны. Глаза у обоих были стеклянными, застывшими от ужаса.
– Модест, закрой ты им глаза,– прорычал капитан стражников, обращаясь к лекарю.
Аббат внимательно посмотрел на место преступления.
– Это варварский метод убийства – взят из страшных обычаев одного из африканских племен.
Он обернулся к доктору:
– И вы немного не правы, все произошло не быстро. Он заставил их помучиться, и они умерли далеко не сразу, а в страшных муках. Возможно, убийца даже разговаривал с ними, после нанесения смертельной раны.
– С чего вы взяли?– пробурчал лекарь Модест.
– Это мое предположение, у них головы повернуты так, будто они смотрели в одну общую точку,– аббат нагнулся,– а это еще что?
– Да-да,– пробормотал лекарь Модест,– я это тоже сразу заметил, капитан Ален, здесь полно волчьей шерсти вокруг,– врач показал ему на клочки шерсти у дороги. Аббат подобрал шерсть и внимательно осмотрел ее:
– Да, действительно, это волчья…
– Белый дьявол! Греммис! Он вернулся! – вновь закричал безумный старик.
– Вот что, ребята!– скомандовал капитан своим стражникам,– этих двоих, –он указал пальцем на аббата Жака и Доната, – доставить в город, для допроса – там будем разбираться, кто такие…
Путников привезли в город под охраной стражников. Гарнизон стражи находилась недалеко от южных ворот города, в серой, небольшой башне. Привязав своих коней, они последовали, сопровождаемые четырьмя стражниками, внутрь башни. Там их обыскали, у Доната забрали клинок и кинжал. Их вещи небрежно скинули в угол. Аббата повели в верхнюю часть башни, а Доната вниз, в подвал.
Его вели двое дюжих полусонных охранников, один из них резко толкнул юношу, когда они спускались по ступенькам: « Шагай, бродяга, судья уже ждет тебя».
Но никого судьи в подвале не было. Внизу их ждал огромный, свирепого вида мужчина в фартуке, скорее всего, это был городской палач.
– Эй, Бартелло, ты уже соскучился по новеньким?– спросил здоровяка один из охранников.
В подвале они быстро свалили Доната на бетонный пол, он успел ударить одного из них по лицу, разбив в кровь его смешливые губы, но тут подбежал огромный палач, и навалился на него всем своим весом. Они связали юношу веревкой, и начали бить ногами. В стену было замуровано огромное кольцо, они приподняли Доната, и привязали к этому кольцу так, что его ноги остались висеть в десяти дюймах над полом.
По лестнице послышались шаги. Вошли капитан стражи и еще один охранник с мечом Доната.
– Капитан Ален, посмотрите, я такого меча в жизни не видел.
Капитан стражи бережно взял меч в руки, и осторожно дотронулся до
лезвия. Из пальца тот час капнула кровь.
– Хороший меч, у меня такого еще не было. Как ты называешь его, бродяга?
– « Вершитель», капитан Ален, но может быть, вы объясните, что здесь происходит?
Капитан Ален и его подручные захохотали. Даже суровый палач усмехнулся в кулак.
– Послушай, бродяга, это ты мне объясни, зачем ты перерезал глотки моим парням?– капитан подошел к висящему Донату.– То, что ты наёмник, я понял сразу. Да и мечи такие не продаются в торговых лавках.
Донат попробовал веревку. Узлы были завязаны крепко.
– Ладно, парни. Сэм и Леон свободны. Отдыхайте после ночного дозора.
А ты, Бартелло, приступай. Для начала остудите ему пыл, и натрите щенка «буллонской» мочалкой. Я думаю, к обеду он развяжет язык.
Палач принес два ведра воды и кинул в одно большую горсть соли с золой, затем он перемешал все большой деревянной ложкой. Стражник, который пришел с капитаном, подошел, и разрезал ножом тунику на Донате. Юношу с головы до ног окатили ледяной колодезной водой. Палач вытащил из кармана большую железную терку и начал натирать грудь, живот и плечи парня до красно-кровавых ссадин. Донат застонал. Затем палач стал тряпкой, смоченной в соленом растворе, смачивать кровавые ссадины. Донат старался не кричать, но его всего начало трясти от боли, ему как будто заживо сдирали кожу, он закрыл глаза и простонал сквозь зубы. Вокруг все вдруг поплыло перед глазами, и он на короткий миг забылся. Палач Бартелло внимательно наблюдал за ним, иногда растягивая тонкие губы в презрительной усмешке, с уголка его губы стекла тонкая струйка слюны:
– Лучше сознайся сразу, малыш…
– Что здесь происходит? Капитан, немедленно прекратить пытку!
Донат приоткрыл глаза, и увидел высокого старика в длинной мантии королевского судьи. У старика был большой ястребиный нос и выразительные синие глаза, которые сверкали от гнева. Он был явно недоволен происходящим. За его спиной стоял растерянный аббат Жак Баттист.
– Черт возьми, капитан Ален, эти благородные люди – гости нашего города. Немедленно развяжите юношу, приведите его в благопристойный вид, и отдайте все, что забрали.
– Слушаюсь, Ваша милость,– капитан Ален покраснел и учтиво наклонил голову. Палач быстро скрылся в глубине подвала.
Королевский судья Жан Болонтье, так он представился путникам, вывел их на улицу:
– Поверьте, друзья мои, я накажу этих животных. Сейчас отдыхайте, набирайтесь сил. Лошадей можете оставить здесь, за ними присмотрят. В городе можете остановиться в гостинице « Зеленый холм». Позже у меня будет к вам личное дело…

Путники остановились в « Зеленом холме». Донату не здоровилось, он весь пылал от жара. Аббат попросил хозяйку присмотреть за ним, а сам отправился на городской рынок, который находился неподалеку.
Прикупив на рынке запасы еды, он отыскал травницу. Это была молодая хорошенькая девушка, в простом крестьянском платье и чепчике.
–У вас не найдется бальзамов или кремов от ссадин и синяков, для моего спутника, он большой любитель приключений,– аббат улыбнулся, – и пожалуй еще – настои от жара.
Девушка задумчиво начала перебирать пузырьки:
– Так ваш спутник болен? А лекарь осматривал его?
– Лекарь ему не нужен. Главное его лекарство – это молодость.
– Если позволите, я могу взглянуть на больного, моя бабушка была знахарка, и многому меня научила,– девушка выложила на прилавок несколько пузырьков, и посмотрела на аббата своими ясными, голубыми глазами.
Донату снился сон. Отец, которого он никогда не знал, но почему то в богатой одежде лорда: высокий, красивый. Мать, которую он едва помнил, белокурая, стройная, как лань. Они шли по берегу большой реки и смеялись. Он поскользнулся, ударился о камень, и застонал от боли. Мать склонилась над ним, лаская непослушные локоны: « Терпи, боль скоро уйдет, потерпи немного…» Он открыл глаза и увидел самое прекрасное создание, какое когда-либо видел. Светловолосая девушка, с большими голубыми глазами, и девичьими, чуть полноватыми губами, старательно и нежно обмазывала его тело бальзамом. Девушка улыбнулась ему, привстала и обратилась к аббату.
– Вот так смазывайте его бальзамом каждые четыре часа. И обязательно пейте мои лечебные настои.
Она учтиво поклонилась и быстро вышла из комнаты.
– Кто была эта девушка? – Донат привстал.
– Это Вивьен, местная травница и знахарка.
– Какая она… Красивая.
Отец Жак усмехнулся, и пошел к хозяйке, заказать обед.
К вечеру к ним в дверь тихонько постучали. Вошел городской стражник.
– Святой отец, городской судья Жан Болонтье великодушно приглашает гостей нашего города к себе на ужин. И просил меня сопроводить вас в его дом.
– Да, мой друг,– аббат обернулся к Донату,– пожалуй, есть такие приглашения – от которых невозможно отказаться,– он повернулся к стражнику,– но я пойду один. Мой друг немного захворал.
Стражник покосился на лежащего Доната, кивнул головой, и они вместе с аббатом вышли на улицу.
Дом судьи Жана был в самом центре города, возле городской Ратуши. Это был большой двухэтажный особняк. Жан Болонтье жил один, без семьи, но имел несколько слуг.
Они сидели на втором этаже дома, в просторной гостиной. Большой дубовый стол ломился от яств. Спелые большие виноградные гроздья на чаше, апельсины, жареные тетерева в подливе, и молодой запеченный поросенок. Судья разлил в кубки нежное розовое вино.
– А я слышал, что год выдался неурожайным в южных провинциях, и даже намечается голод,– посмотрев на стол, сказал отец Жак.
Судья пропустил его слова мимо ушей, слегка дернув бровью:
– Так значит вы – тот самый знаменитый Жак Баттист, из Бордо.
На этот раз удивился аббат.
– Да, да, святой отец,– судья внимательно, будто музейный экспонат, рассматривал аббата,– я наслышан о вас – от своего брата, Пьера. Вы были раньше знакомы с ним, когда служили городским судьей в Бордо, лет двадцать назад. Мой брат Пьер служил там в Великой Инквизиции. Он всегда упоминал о вас, как о мудром и справедливом человеке, с большим вниманием к деталям, и острым умом.
Аббат вздохнул:
– Да, я помню вашего брата,– и слегка пригубил вино, рассматривая убранство кабинета королевского судьи. На стенах висели кирасы, огромные копья, красивые деревянные луки, над самым входом висело чучело огромной головы медведя, грозно приоткрывшего пасть в грозном рыке.
– К сожалению, брат умер три года назад в Бордо,– продолжил судья,– при весьма странных обстоятельствах. Его нашли утонувшим в городской канализации, с привязанной к ногам наковальней…Вы же знаете эти традиции судов «ордалии». Остается потом много недовольных...– судья налил себе второй бокал.
– Лично я считаю суды «ордалии» – несколько несправедливой мерой. Например: обжечь человеку руку, а потом, если рука осталась целой считать его – невиновным, а если ожог – казнить. Как-то это, знаете, по-варварски…
Судья Жан выпучил на аббата свои пронзительные синие глаза:
– Будем считать, что я этого не слышал… Вы знаете, сейчас весь юг Франции – это одна большая, пороховая бочка. Того и гляди – вспыхнет. Бароны и герцоги грызутся между собой из-за куска земли. Наш мэр чаще бывает в своих загородных садах и виноградниках, чем занимается делами города.
Судья отломил кусок мяса, обмакнул его в чесночной подливе, и неторопливо засунул в рот. Аббат скромно отломил от грозди крупную ягоду винограда.
– О, да, вы правильно заметили, – продолжил судья – второй год в наших краях неурожай. Народ на грани бунта. А тут еще это преступление, эти слухи о каком-то чудовище.
– К чему вы клоните, судья Жан?
– Я буду с вами открыт, святой отец. Мой друг, священник Август Фибаначче, всегда говорит мне, что мое окружение – это льстецы и проходимцы. Бездарности…– судья вздохнул.– У меня к вам будет большая просьба. Я прошу вас остаться в городе на несколько дней, и постараться разнюхать об этом преступлении. Расспросить жителей, узнать подробности. Мне нужен этот жестокий выродок, порезавший наших стражников, кем бы, или чем бы он ни был.
Отец Жак задумчиво и растерянно посмотрел на судью, он немного помедлил:
– А вы знаете, преступление необычное. Я думаю, мы с моим другом попробуем что-нибудь выяснить. Только скажите городским стражникам, чтобы у них не возникали лишние вопросы к нам…
– Хорошо. Утром к вам придет мой помощник Франк. За любой помощью можете обращаться к нему, или напрямую ко мне.
Он улыбнулся, и налил себе третий бокал вина…

Рейтинг:
2